Очередной поворот российско-американских отношений шокировал Киев, возмутил Европу, вызвал недовольство немалой части политиков в США, а многих в мире озадачил.

Внезапное решение администрации Дональда Трампа приостановить санкции на поставки российского дизельного топлива противоречит недавним шагам – принятию жёсткого санкционного закона и намерению через него давить на Москву. Некоторые списывают происходящее на самодурство американского президента, другие усматривают зачатки новой политики, третьи делают выводы относительно изменения подхода к украинскому сюжету.

Чтобы попробовать восстановить логику, надо очистить картину от наслоений, прежде всего особенностей публичного поведения хозяина Белого дома. Его экстравагантность на грани адекватности, как правило, – внешняя оболочка чёткого целеполагания. Его правильность или ошибочность всегда под вопросом.

Вероятнее всего, побудительный мотив виража Трампа связан с внутренней политикой – осталось меньше месяца до промежуточных выборов в конгресс. У Республиканской партии блёклые перспективы. Трамп храбрится, что ему это безразлично, но вариант с потерей обеих палат обещает президенту два года свар и нервотрёпки.

Трамп, вероятно, понимает, что кардинально изменить экономическую, в частности, ценовую ситуацию к выборам не получится, но сейчас речь о психологическом эффекте.

Россия – не первая страна, которую американские власти просят расширить поставки топлива на мировой рынок. И чем больше будет договорённостей об этом, тем громче зазвучат фанфары, как неустанно Белый дом радеет о кошельке простого американца. Последний, соответственно, должен забыть, что радеть приходится во многом из-за того, что сам Трамп учинил в Персидском заливе.

Насколько трюк сработает, увидим совсем скоро. Но действие осознанное и рациональное. То, что это противоречит каким-то прежним установкам и заявлениям, Трампа нисколько не волнует. Он привык исходить из того, что слова имеют ценность только в момент их произнесения, потом уже нет.

Что это значит для России, помимо приятной возможности пополнить бюджет? Коллеги из проекта «Ватфор» отметили важное: впервые за время конфликта американский глава предпринял в отношении Москвы действие, логика которого не учитывает украинский фактор. До сих пор он всегда присутствовал во всём, что касалось России, сейчас его не просто не приняли во внимание, договорённость идёт с ним вразрез, если учесть тяжелое положение Киева. Отсюда и обида украинского начальства: так нечестно.

Причин небрежения, вероятно, несколько. Основное – нежелание Зеленского пойти навстречу пожеланиям Вашингтона прекратить удары по российской энергетической инфраструктуре. Для Украины это сейчас основной метод войны, и призывы из США там игнорируют. То, что Трамп зациклился именно на российском сырье, которое при всей важности едва ли фундаментально преобразит мировую конъюнктуру, – его специфика. Но Зеленский оказался крайним за рост цен на американских заправках, а разубедить Трампа в чём-то, что он думает, нереально. И желание Киева проигнорировано.

Дальше – самое главное. Чтобы прекратить или свести к минимуму украинские удары по российским целям, американцам надо прекратить передачу разведданных, по сути – целеуказания. Полтора года назад Трамп такое в воспитательных целях однажды провернул – на пару дней. Принять более долгосрочное решение на этот счёт – значит по-настоящему изменить подход Вашингтона к войне, фактически дистанцироваться от партнёра. Насколько Трамп способен, вопрос.

Неформальная коалиция сил, которые заинтересованы в продолжении вооружённого конфликта, обширна – от американского ВПК, включая новых техномагнатов, до Европы и её болельщиков в Вашингтоне. В прошлый раз, когда Трамп намеревался продавить свое представление о завершении войны (по результатам Анкориджа), ничего не получилось. Насколько выйдет сейчас, неизвестно.

Если нет, тема сойдёт на нет сама собой. Тем более что после выборов важность пропаганды достижений президента на время уменьшится. Момент определяющий – снова тест на способность американского руководства направлять партнёров в нужную ему сторону. Если это произойдёт, приоткроется окно и для дальнейших разговоров об урегулировании.

Второй вывод, важный для России, – действия Вашингтона показывают модель, по которой предстоит строить отношения после завершения нынешней военной фазы конфликта. Отмены сонмища санкций, введённых против Москвы, не случится. Это очень сложно и процедурно, и политически. Все они останутся, но задействовать их или приостанавливать действие – это будет решаться по обстоятельствам. Если какие-то меры противоречат американскому интересу, подвесим их, временно заморозив. Интерес пропал – размораживаем обратно.

Американцев отличают больший по сравнению с европейцами прагматизм и готовность, провозглашая лозунги, легко отойти от них при необходимости. И возвратиться, когда необходимость исчерпана.

Противостояние вокруг Украины находится в фазе, когда исход, каким бы он ни был, определит гораздо больше, чем будущее именно этого сюжета. Геометрия политических отношений будущего, как минимум в плоскости Россия – неоднородный Запад, начинает обретать контуры. Но остаётся постоянно меняющейся.

Автор: Фёдор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике».