Оптимальную степень участия государства в оказании цифровых услуг пользователям пытались определить участники проходящего в Москве ИТ-форума «Цифровые решения». Глава Сбербанка Герман Греф высказался за баланс в сфере цифровых услуг — выстроить его надо так, чтобы государство не подавляло стимулы коммерческих компаний к инновациям там, где бизнес может быть более эффективен. Вице-премьер Дмитрий Григоренко отметил, что сейчас грань между государственными и коммерческими цифровыми сервисами практически стерлась и в основе создания клиентских сервисов должно лежать удобство для пользователей.

«Государство как цифровой сервис: где остановиться?» — такое название получила прошедшая 7 октября пленарная сессия второго дня главного правительственного ИТ-форума «Цифровые решения». Началась она с попытки ответить на вопрос, кто лучше — бизнес или государство — понимает запрос пользователя цифровых сервисов.

Председатель правления Сбербанка Герман Греф сначала примирительно высказался о том, что у бизнеса и государства свои роли и конкурировать на одной площадке им не нужно — важна командная работа. Впрочем, после просьбы все же сделать выбор он отдал предпочтение предпринимательской инициативе. «Бизнес всегда находится в конкурентных условиях, поэтому будет конкурировать за внимание и за понимание клиента»,— пояснил Герман Греф.

«Цифровой» вице-премьер Дмитрий Григоренко, однако, уверен, что пользователя лучше понимает государство. «Во-первых, люди и есть государство. Во-вторых, с точки зрения мотивов — у бизнеса это заработать, у государства — прежде всего сделать так, чтобы людям было лучше, а для этого нужно понимать, что им нравится»,— сказал он. «Понимает лучше тот, у кого больше данных»,— приземлил дискуссию заместитель руководителя администрации президента Максим Орешкин. Представители компаний попытались свести позиции воедино. Гендиректор МТС Инесса Галактионова сказала, что да, бизнес лучше понимает пользователя, но конкуренции с государством быть не должно: «Идеальным будет симбиоз, тогда на стыке появляются прогрессивные решения».

Интерес властей к теме степени участия государства в этой сфере можно объяснить желанием государства обеспечить экономию ресурсов за счет отказа частного сектора от «технологического огораживания» при сохранении соперничества всех со всеми за качество оказываемых услуг. Как отметил Дмитрий Григоренко, для пользователей грань между государственными и коммерческими цифровыми сервисами уже стерлась и если они видят что-то удобное в бизнесовых сервисах, то через обратную связь на портале «Госуслуги» просят государство сделать так же. Чиновник отметил, что определенная конкуренция по качеству продуктов между государством и бизнесом, наверное, есть — и бизнес так устроен, что всегда будет немного быстрее с точки зрения ввода нового.

Герман Греф тему конкуренции развил. По его словам, российское государство достаточно быстро адаптируется к цифровому миру, применяет самые последние технологии — и возникает соблазн начать оказывать цифровые услуги самостоятельно. Между тем власть эффективна тогда, когда находит границу и не принимается за конкурентные сферы, где бизнес будет более продуктивен, но при этом создает эффективную инфраструктуру, сказал глава Сбербанка. Он отметил, что желание самостоятельно оказывать конечные услуги сильно влияет на стимулы к инновациям коммерческих компаний. Необходимо развивать бесшовное взаимодействие между государственными и бизнес-сервисами, чтобы избежать несостыковки данных, заключил Герман Греф.

В целом с тем, что у граждан должен быть выбор при получении услуг, на форуме никто не спорил. Будущее цифровых сервисов участники связали с искусственным интеллектом (ИИ). «Комбинация человека и искусственного интеллекта дает гораздо лучший результат, чем что-то по отдельности»,— отметил Максим Орешкин. Пока эти комбинации, отметим, неоднозначны. Дмитрий Григоренко поделился наблюдениями за экспериментом по внедрению ИИ в аппарате правительства (

). По его словам, выявились две проблемы: первая — сотрудники хотят, чтобы ИИ был незаметным, интегрированным в существующие функции, проактивно помогал в работе; вторая — люди оказались не совсем готовыми к тому, что ИИ выполняет процедурные задачи зачастую намного лучше и быстрее их.