Российские ученые называют возможными претендентами на Нобелевскую премию по физиологии и медицине исследователей, открывших регулирующий пищеварение гормон GLP-1. Это открытие стало основой для создания препаратов от ожирения. В области физики награду могут присудить за технологии создания эффективных OLED-дисплеев, широко применяемых в микроэлектронике, либо за разработку инфляционной модели Вселенной. В химии, как считают ученые, признания заслуживают исследователи из Китая за результаты экспериментов на мегасайенс-установках, позволяющие понять, как ионы встраиваются в электролиты аккумуляторов. «Известия» публикуют прогнозы российских ученых относительно Нобелевской премии 2026 года.

Основным фаворитом на Нобелевскую премию по физиологии или медицине в этом году можно назвать ученых, открывших GLP-1 — глюкагоноподобный пептид-1 — важнейший гормон пищеварения. Это достижение сделало возможным создание лекарств от ожирения, таких как «Оземпик» и его аналоги, считает директор Физтех-школы биомедицинской физики МФТИ Денис Кузьмин. GLP-1 также входит в число наиболее вероятных кандидатур в рейтинге цитирования Clarivate, прогноз которого считается одним из наиболее авторитетных в научном мире.

— Это очень сильная нобелевская история, потому что фундаментальная физиология, начавшаяся несколько десятилетий назад, в итоге привела к одному из крупнейших медицинских сдвигов последних лет. Исследования GLP-1 позволили понять, как кишечные гормоны регулируют секрецию инсулина, аппетит и энергетический обмен. На этой научной основе появились препараты класса агонистов рецептора GLP-1, которые значительно изменили лечение сахарного диабета 2-го типа и ожирения, — сказал он.

По его мнению, награда может быть присуждена именно сейчас, поскольку открытие уже прошло проверку временем, а его медицинское значение стало особенно очевидным в 2020-е годы, когда препараты на основе этой биологии получили клиническое применение.

Это направление также считает одним из главных претендентов руководитель магистерской программы «Науки о здоровье» Евгения Соколова. По ее словам, есть несколько причин для присуждения награды.

— Во-первых, GLP-1 усиливает выработку инсулина только при повышенном уровне глюкозы в крови. Во-вторых, впервые в истории медицины появилось действительно эффективное лекарственное лечение ожирения. В крупных многоцентровых исследованиях препараты продемонстрировали значимое снижение риска инфаркта, инсульта и прогрессирования хронической болезни почек, — сказала Евгения Соколова.

Согласно уставу Нобелевского фонда и завещанию Альфреда Нобеля, одна премия может быть разделена не более чем между тремя людьми. При этом к исследованиям GLP-1 причастны как минимум пять-шесть ученых. Комитету придется сделать сложный выбор или отложить решение, добавила она.

С тем, что открытие, лежащее в основе современных препаратов от ожирения, — одно из главных претендентов на премию, согласна и заведующая кафедрой промышленной фармации НИЯУ МИФИ Алла Савченко.

В области физики прогнозировать научное направление, за достижения в котором могут присудить Нобелевскую премию, проще, чем называть конкретных ученых, считает проректор по научной деятельности Казанского федерального университета Дмитрий Таюрский.

— На основе анализа публикационной активности и интенсивности упоминаний в новостных лентах научных агрегаторов можно предположить, что основная борьба развернется между исследованиями в области физики конденсированного состояния — квантовых эффектов и метаматериалов — и астрофизики и космологии, — сказал он.

По мнению ведущего научного сотрудника лаборатории искусственных квантовых систем МФТИ Глеба Федорова, премию могут присудить за исследования, которые сделали возможным создание эффективных дисплеев для микроэлектроники.

— Ученые Адачи, Форрест и Томсон в 2000–2010-х годах решили значительную проблему OLED — низкую эффективность преобразования энергии в свет. В ранних OLED внутренняя квантовая эффективность не превышала 25%, тогда как использование фосфоресцентных материалов позволило приблизить ее к 100%. Именно этот подход сделал современные OLED-дисплеи яркими, энергоэффективными и пригодными для массовой электроники. Однако основоположниками технологии OLED являются Чин Танг и Стивен Ван Слейк, что дает им приоритет в получении Нобелевской премии, — сказал он.

С тем, что у этих исследователей самые высокие шансы на победу, согласен ведущий научный сотрудник Нового физтеха ИТМО Станислав Батурин. Однако, по его мнению, отметить стоит другие фундаментальные открытия.

— Мои личные ожидания связаны скорее с фундаментальной квантовой физикой. Я был бы особенно рад увидеть присуждение премии Майклу Берри и Якиру Ааронову за их вклад в понимание определенных аспектов квантовой механики. Еще один исключительно сильный кандидат — Алексей Китаев. Его идеи оказали фундаментальное влияние на современную теорию топологических квантовых состояний и топологических квантовых вычислений, — сказал физик.

Завкафедрой теоретической ядерной физики Института лазерных и плазменных технологий НИЯУ МИФИ Сергей Попруженко считает, что есть три группы исследователей, которые могут претендовать на премию если не в этом году, то в течение ближайших 10–15 лет.

— Андрей Линде, Алан Гут и Вячеслав Муханов — за инфляционную модель Вселенной. Якир Ааронов и Майкл Берри — за открытие эффектов, повсеместно встречающихся в современной физике конденсированного состояния и квантовой оптике. А также Питер Шор и Дэвид Дойч — за алгоритмы квантовых вычислений, — сказал он.

Нобелевскую премию по химии могут присудить за фундаментальные исследования, проведенные на мегасайенс-установках, считает старший научный сотрудник Центра фотоники и двумерных материалов МФТИ Илья Завидовский.

— Пример результатов, которые дают такие установки, — исследования профессора Ли Сонга из Национальной лаборатории синхротронного излучения Университета науки и технологий Китая — одного из ведущих университетов КНР. Значительная часть его работ посвящена литиевым, натриевым и водно-цинковым аккумуляторам. Его группа изучает, как ионы проходят через электролит и встраиваются в электрод, как при этом меняются структура материала и состояние атомов металла, какие процессы происходят на границе электрода и электролита, — сказал он.

Понимание этих механизмов помогает искать способы ускорить зарядку, увеличить срок службы и обеспечить стабильную работу аккумуляторов, добавил он.

Экологическое лобби и сильнейшая засуха в ЕС прошедшим летом подтолкнут Нобелевский комитет вручить премию за химию углекислого газа, полагает профессор НОЦ инфохимии Университета ИТМО Евгений Смирнов.

— Молекула CO₂ очень стабильна. Превратить ее в монооксид углерода, муравьиную кислоту, метанол, этилен, этанол или другой ценный продукт означает одновременно решить проблемы селективности, энергоэффективности, стабильности катализатора и масштабирования процесса, — сказал он. — В этой области стоит отметить Есио Хори, Акиру Мурата и Марка Копера.

По мнению ведущего научного сотрудника ИОХ РАН Михаила Кискина, сейчас в тренде исследования молекулярных и моноатомных объектов, которые позволяют миниатюризировать устройства и тонко настраивать различные процессы. Среди возможных претендентов он выделяет специалистов в области тонкой настройки каталитических процессов на наночастицах, а также исследователей в области молекулярного магнетизма, продемонстрировавших возможность использования парамагнитных систем в качестве квантовых кубитов.