26 октября 1930 года Дмитрий Шостакович кардинально изменил классический балет, выпустив на сцену футболистов вместо принцев. Спектакль «Золотой век» обернулся оглушительным триумфом у публики, но яростным скандалом в среде критиков. Почему постановка с юной Галиной Улановой исчезла из афиши всего через несколько месяцев и как её судьба отразила историю российского авангарда — в материале spb.aif.ru.

Балет, изменивший классику

В конце 1920-х годов советское искусство переживало время экспериментов. Художники искали новые формы, режиссёры меняли театральный язык, а композиторы обращались к ритмам современной жизни. Балет тоже пытался ответить на вопрос, может ли искусство, привыкшее к сказочным и историческим сюжетам, рассказать о человеке новой эпохи. В Ленинграде решили проверить это на практике. В 1929 году объявили конкурс на либретто современного балета. Победил сценарий оперного режиссёра Александра Ивановского под названием «Динамиада».

В центре истории оказалась советская футбольная команда, отправившаяся за границу. Герои попадали на индустриальную выставку, сталкивались с политическими интригами и любовными приключениями.

Музыку поручили Дмитрию Шостаковичу. Ему было всего 23 года, но он уже был знаменит — благодаря Первой симфонии, премьера которой состоялась в Ленинграде в 1926 году. Композитор активно участвовал в музыкальной жизни города и интересовался новыми художественными направлениями.

Дмитрий Шостакович. Фото: russiainphoto.ru/ Автор неизвестен.

Работу над балетом Шостакович поначалу принимал без энтузиазма. Впоследствии в письме режиссёру Николаю Смоличу он вспоминал, что буквально отбивался от этого предложения. Однако в итоге композитор создал партитуру, ставшую в его творчестве одним из первых крупных обращений к балетному жанру.

Вместо сказок — спорт и быт

Согласно сюжету «Золотого века», советская футбольная команда приезжает в капиталистическую страну и оказывается в мире социальных противоречий и политических манипуляций. Название балета связано с индустриальной выставкой, которую посещают герои. А среди персонажей — буржуазная танцовщица Дива, советская Комсомолка, Фашист и другие участники запутанной истории. Любовные увлечения, провокации и переодевания становятся частью сценического действия.

Ольга Иордан (Дива), Ростислав Славянинов и Леонид Лавровский (Фашисты), 1930 год Фото: www.mariinsky.ru

Для балета, показывавшего, чаще всего, сказочные миры, такой сюжет был вызовом. На сцене появились спортивные соревнования, городская толпа и бытовые сцены. Материалом для хореографии становилась современная жизнь.

В спектакле, как это было принято в то время, советский мир противоставлялся капиталистическому. Постановщики хотели не только показать эту разницу, но также передать ритм и движение современной городской жизни с помощью балета.

Язык авангарда

Над постановкой работали режиссёр Эммануил Каплан и балетмейстеры Василий Вайнонен, Леонид Якобсон и Владимир Чеснаков. Сценическое оформление создала художница Валентина Ходасевич, оркестром дирижировал Александр Гаук.

Дмитрий Шостакович и дирижер Александр Гаук, 1930 год. Фото: www.mariinsky.ru

Молодые хореографы экспериментировали с акробатическими поддержками, стремительными массовыми танцами и движениями, напоминавшими спортивные упражнения. «Футболисты» должны были не просто изображать спортсменов в театральных костюмах, их пластика становилась частью нового сценического языка.

Шостакович старался насытить музыку спортивными ритмами, но не ограничивался лишь сопровождением танцев. В партитуре сочетались стремительные темпы, оркестровые контрасты и ироничные интонации. Музыка должна была не только помогать движению, но и развивать драматургию спектакля.

В постановке участвовали артисты, которым предстояло занять заметное место в истории отечественного балета. Среди них была Галина Уланова, исполнявшая партию Комсомолки, а также Ольга Иордан, Ольга Мунгалова, Леонид Лавровский, Вахтанг Чабукиани и Константин Сергеев.

Слева: танец Западной комсомолки (Ольга Мунгалова) и четырех советских футболистов. Справа: Леонид Якобсон (в центре) с исполнителями танца Западной комсомолки и четырех советских футболистов – Константином Сергеевым, Галиной Улановой, Петром Кавокиным, Вахтангом Чабукиани, Семеном Капланом. 1930 год. Фото: www.mariinsky.ru

Некоторые сценические решения особенно запомнились зрителям. После динамичного танца исполнители могли внезапно задержать движение, словно действие показывали в замедленной киносъёмке. Этот похожий на рапид («рапид» — кинематографический приём замедления времени, его ещё называют «слоу-моушен», от англ. slow motion. — Ред.) приём вызывал бурные овации.

В спектакле участвовали и воспитанники Ленинградского хореографического училища. В одном из эпизодов разыгрывалась сцена переодевания. Персонаж в буржуазном костюме превращался в пионера. Такие находки сближали балет с приёмами театра и немого кино.

Успех вопреки критике

Подготовка спектакля затянулась. Первоначально его рассчитывали показать летом, но премьеру неоднократно откладывали.

26 октября 1930 года «Золотой век» представили на сцене Ленинградского ГАТОБа Государственный академический театр оперы и балета, существовавший с 1920 года. С 1935-го носил имя С. М. Кирова. Фактически это был переименованный Мариинский театр. — Ред.). При этом в некоторых источниках датой премьеры указано 27 октября. Мариинский театр приводит период показов с 26 октября 1930-го по 15 мая 1931 года.

Афиша премьерных показов спектакля «Золотой век». Фото: www.mariinsky.ru

Ещё до премьеры постановку обсуждали на заседаниях художественно-политического совета театра. Спектакль называли «несоветским балетом», критиковали отдельные танцы и художественные решения. Однако публика встретила новинку иначе. Согласно архивам Мариинки, премьера прошла с шумным успехом. В ноябре спектакль показали на торжественном заседании Ленинградского совета.

Всего «Золотой век» выдержал 19 представлений. Для постановки, настолько отличавшейся от привычного репертуара, это было серьёзным результатом.

Запрет и возрождение

В мае 1931 года показы «Золотого века» в Ленинградском театре оперы и балета прекратились. После этого спектакль исчез из репертуара. Причинами называли соединявшие несоединяемое стилистические решения, а также художественную цельность и соответствие требованиям к советскому балету, которые с самого начала вызывали бурные обсуждения. На творчество же Шостаковича повлияли кампании против формализма. В 1936 году газета «Правда» опубликовала статью «Сумбур вместо музыки», направленную против оперы «Леди Макбет Мценского уезда». В том же году критике подвергся балет «Светлый ручей»...

Но музыка «Золотого века» не исчезла. Некоторые номера вошли в концертные сюиты и продолжили исполняться отдельно от спектакля. Сценическая история прервалась, но произведение сохранилось в музыкальном репертуаре.

Кадр из спектакля «Золотой век» в Большом театре в наши дни. Фото: bolshoi.ru

В 1982 году «Золотой век» вернулся на сцену Большого театра СССР в редакции Юрия Григоровича. Это была не буквальная реконструкция ленинградского спектакля — либретто и музыкальная редакция изменились, а произведение получило новое сценическое прочтение. Музыка Шостаковича продолжала интересовать дирижёров и хореографов, а история постановки стала частью более широкого разговора о советском авангарде.

Для российской культуры «Золотой век» стал свидетельством времени, когда художники искали язык для новой реальности. Спорт, городская жизнь и политическая сатира становились частью академического искусства, а молодые постановщики проверяли границы привычной формы. Таким он и останется в нашей памяти и на страницах истории балетного искусства.