24 октября 2026

Выиграть в лотерею ценные призы можно было еще… в Римской империи. А в новой Стране Советов лотерея оказалась единственным шансом для обычного человека попасть за границу. Какие приключения ждали обладателя счастливого билета?

Первую лотерею в Российской империи провел в 1699 году часовщик Яков Гассенус — он лично испросил разрешения у Петра I. Билеты продавались за гривенник — серебряную монету достоинством 10 копеек. Столько же стоил десяток цыплят или пуд (около 16 кг) хлеба. Главный выигрыш составлял 1000 рублей — целое состояние по тем временам.

Лотерея Гассенуса была коммерческим предприятием, казна не заработала на ней ни копейки. Вероятно, поэтому, а также из-за дороговизны билетов и низких шансов на выигрыш затея Гассенуса не получила продолжения.

Вспомнили о лотереях лишь полвека спустя. В 1745 году провели розыгрыш, призовым фондом которого стало имущество купца Ивана Данилова, описанное за долги. А в 1760-м прошла первая в империи государственная лотерея — «для содержания отставных и раненых». Вскоре сложилась практика частных благотворительных лотерей, но эти розыгрыши никак не регулировались законом, чем нередко пользовались мошенники.

Многие лотереи были убыточны. Поэтому в 1771 году Екатерина II запретила проводить их без дозволения властей, поставив лотереи под строгий государственный контроль. В коммерческих лотереях разрешали разыгрывать только вещи — например, золотые часы и фарфоровые сервизы. Билет обычно стоил 11 рублей (на 1 рубль тогда можно было купить около 19 кг хлеба или проехать 100 верст).

В XIX веке благотворительные лотереи стали привычным элементом светской жизни. Билеты были дорогими (от 1 до 50 рублей), и позволить их себе могли лишь зажиточные люди. С помощью таких лотерей попечители богоугодных заведений собирали средства для вдов, сирот, инвалидов, а меценаты поддерживали художников и ремесленников. Так, например, Общество поощрения художников с дохода от розыгрыша картин молодых живописцев выкупило из неволи нескольких крепостных мастеров кисти и оплачивало Карлу Брюллову обучение за границей.

Решало свои задачи и государство. В 1864 году были выпущены облигации «внутреннего с выигрышем займа» — так Государственный банк собирал средства для поддержки промышленности и строительства железной дороги от Москвы до черноморского побережья. Ежегодно все билеты займа участвовали в розыгрыше денежных призов; самые крупные составляли 200 000 рублей. Когда стало известно о первых значительных выигрышах, спрос на облигации резко вырос.

На рубеже XIX–ХХ веков количество благотворительных лотерей достигло пика. Их проводило множество учреждений: от Императорского человеколюбивого общества и Российского общества Красного Креста до благотворительных заведений при церквях и больницах. Цены на билеты снизились и стали вполне доступными: от 25 копеек до 1 рубля. В 1892 году правительственная лотерея собрала 9,6 миллиона рублей на помощь пострадавшим от двухлетнего неурожая.

После вступления России в Первую мировую войну лотереи проводились в поддержку семей раненых и погибших солдат; в 1914 году так было собрано почти 3 миллиона рублей. Но после революции, в 1918-м, лотереи проводить запретили — наравне с азартными играми.

Молодая Страна Советов остро нуждалась в деньгах, и в 1921 году были организованы лотереи в помощь голодающим Поволжья, а в следующем Совнарком выпустил декрет «О государственной лотерее».

Самой необычной и примечательной стала лотерея Осоавиахима (Общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству). Первый тираж выпустили в 1927 году. Можно было выиграть не только ценную вещь вроде будильника, ковра или готовальни, но и уникальный опыт — например, полет над Москвой. А в список главных призов входили туристические поездки в Европу и кругосветное путешествие. Для подавляющего большинства это было как полет на Луну!

Стоимость кругосветной поездки составляла 4383 рубля, а лотерейного билета — 50 копеек. По условиям счастливчику оплачивали проезд, суточные, возмещение заработка, страхование жизни и «экипировку», то есть костюмы европейского кроя (достойной одежды у многих людей просто не было), обеспечивали услуги переводчика. И что важно — на время вояжа, который длился больше двух месяцев, сохранялось рабочее место!

Лотереи Осоавиахима проводились до 1941 года, и путешествия разыгрывались почти в каждом тираже, но… большинство счастливцев предпочитало не поездку, а денежный или вещевой эквивалент. Ведь так вместо вояжа в какие-нибудь непонятные Афины можно было получить трактор, а вместо полета в Стамбул — жеребца-производителя или молотилку, то есть все то, что помогло бы прокормить семью в те голодные годы.

И все же среди баловней удачи находились и те, кто ценил необычный опыт выше материальных благ. В 1928 году юный москвич по имени Сергей получил подарок от старшего брата: выигрышный билет лотереи Осоавиахима. Предъявителю полагались лыжи. Когда Сергей обратился за призом, ему предложили выбор: пара лыж или круговой полет на самолете над Москвой. Он без колебаний выбрал полет.

«Так состоялся самый крупный выигрыш в истории всех наших лотерей: советская авиация „выиграла“ Сергея Анохина», — отмечал много лет спустя писатель Ярослав Голованов. Выигравший билет юноша решил связать с небом жизнь и стал одним из самых известных летчиков-испытателей всего мира. Десятки раз он совершал то, что считалось невозможным: выходил из «штопора» у самой земли, выбирался из падающего самолета со сломанной катапультой. И даже смог продолжить карьеру после потери одного глаза — уникальный случай в истории авиации.

В газетной статье, посвященной его путешествию, писали: «Ровно в 4 часа утра по расписанию мы, под шум приветствий и под наведенными дулами черных фотографических камер, оторвались от земли и взяли путь на Смоленск–Кенигсберг–Берлин.
<…>. И теперь в воздухе впервые перед Казариновым расстелился новый мир таким, каким он его раньше не видел. <…> Он пишет мне на записке: „Как на ковре-самолете“. <…>
Теперь под нами Германия с ее типичными чистыми каменными городами, красными черепичными крышами, красивыми плодородными симметричными полями, приветливыми деревнями, выхоленными дорогами, обсаженными зелеными тополями, и оживленными реками, по которым бороздят суда, парусники и лодки. Казаринов пишет мне: „Как здесь все культурно — вот бы эту технику и культуру к нам“.
<…> Уже была ночь, когда мы приехали в небольшой курорт под Кенигсбергом — Кранц. Здесь было тихо и жизнь уже замерла. Но кругосветному путешественнику нет всегда возможности выбирать подходящее время для осмотра, иногда приходится провести и ночь в автомобиле, чтобы набраться новых впечатлений…»

Начавшаяся в 1941 году война нанесла колоссальный ущерб экономике и финансовой системе СССР. Для пополнения бюджета были повышены налоги, включен печатный станок, выпущены облигации военного займа. А в ноябре 1941 года Совнарком постановил провести денежно-вещевую лотерею для помощи фронту.

Билеты первого тиража стоили 10 рублей. Среди выигрышей были меховые пальто, серебряные часы, портсигары, обувь. Для работников многих предприятий покупка билетов была обязательной — ими выдавали часть зарплаты. Велась агитационная работа с призывами поддержать бойцов. Известны случаи, когда сотрудники сдавали государству билеты, полученные в счет заработка, чтобы помочь фронту безвозмездно. Многие победители отказывались от выигрыша в пользу армии.

Всего было проведено четыре лотереи — по одной в каждый год войны. Билеты второго тиража стоили уже 20 рублей, третьего — 25, а для четвертого были выпущены два вида билетов номиналом 25 и 50 рублей. Они ходили не только в тылу, но и на фронте: бойцы писали в сберкассы и просили прислать выигрыши в часть.

За время войны лотереи принесли государству свыше 13 миллиардов рублей; большая часть этих денег пошла на нужды обороны. В первые послевоенные годы от лотерей решили отказаться: считалось, что они выполнили свою задачу.

Первой после долгого перерыва стала лотерея 1956 года — к VI Всемирному фестивалю молодежи и студентов. А семь лет спустя Союз художников начал разыгрывать более 20 тысяч произведений живописи, графики, декоративно-прикладного искусства. Среди главных призов «художественной лотереи» были картины Александра Дейнеки, Сергея Герасимова, Валентина Серова, гравюры Владимира Фаворского. Лотерея была исключительно вещевой и не допускала замену приза на денежный эквивалент.

В середине 1960-х годов в СССР начался лотерейный бум. Выручка шла на нужды государства, поэтому граждан весьма настойчиво уговаривали покупать билеты. Зачастую их распространяли в добровольно-принудительном порядке: выдавали билетами сдачу в магазине или часть премии на работе. «А если не будут брать, отключим газ!» — грозилась управдом в фильме «Бриллиантовая рука».

В той же знаменитой сцене с героиней Нонны Мордюковой звучит обмен репликами: «Кто возьмет билетов пачку, тот получит…» — «Водокачку!» А что же на самом деле можно было получить по «счастливым» билетам? Водокачки, конечно, не разыгрывались, но в некоторых лотереях были действительно ценные призы. В 1966 году стартовала лотерея ДОСААФ. Победители получали автомобили, мотоциклы, велосипеды.

В 1970 году был организован первый тираж «Спортлото» — для поддержки спорта. Эта лотерея отличалась от всех прочих: купивший билет сам заполнял поля, стараясь угадать шесть заветных цифр. Здесь был элемент настоящего азарта — что-то от ставок в казино. С 1974 года тиражи начали транслировать по телевидению в прямом эфире. Теперь можно было сидеть у экрана и, затаив дыхание, ждать, какой шар выпадет дальше.

«Спортлото» обрело такую популярность, что в розыгрышах участвовало до 70% населения. Когда СССР готовился провести Олимпиаду 1980 года, «Спортлото» помогало финансировать дорогостоящую организацию Игр.

В первые годы после распада СССР лотереи фактически никак не контролировались. На рынке появилось множество частных, среди которых были и мошеннические. В начале 2000-х розыгрыши «Спортлото» прекратились. Возобновились лишь в 2009 году, в преддверии Олимпиады-2014. Из всех новых лотерей, возникших в 1990-е, сохранилось до наших дней только «Русское лото». С 2014 года все лотереи в стране вновь перешли под контроль государства.

_{Материал опубликован в журнале «Вокруг света» № 8–9, октябрь–ноябрь 2026}