Зачем Ажубалис и Анушаускас взялись за православную церковь

В литовском Сейме зарегистрированы  проекты поправок к двум законам, которые должны ужесточить регламент признания государством религиозных общин и их прав на свою историческую собственность. Суть проектов в том, чтобы придать законное обоснование  вытеснению структур Московского патриархата из Литвы, лишив Литовскую православную церковь статуса традиционной религиозной общины а затем и ее исторических храмов. Последние собираются передать Константинопольскому экзархату.

Являются ли авторы проектов, Аудронюс Ажубалис и Арвидас Анушаускас, людьми верующими, доподлинно неизвестно. Но первый помимо долгой работы законодателем успел побывать недолго и главой МИД, и председателем ОБСЕ, а второй поработал министром обороны (до 2024 года), а помимо этого во многих созывах Сейма был  членом Комитета национальной безопасности и обороны.

Обосновывая актуальность предлагаемых ими нововведений, депутаты ссылались, конечно, и на местный «Центр исследований свободы религии», но все больше на доклад Департамента государственной безопасности Литвы, а конкретно его заключение, что РПЦ имеет возможность влиять на прихожан, а это подозрительно.   

Чтобы никто не сомневался, в чем собственно дело, депутаты выпустили релиз, в котором написали, что их проектами предлагается установить, «что религиозные общины и объединения не смогут получить статус традиционной религиозной общины или объединения либо иное государственное признание, если их административные центры связаны с субъектами, к которым применяются международные санкции или установленные законами Литвы ограничительные меры... Также предлагается более четко определить юридические лица, имеющие право представлять традиционные религиозные общины».

Другими словами, неясным остался только один вопрос: насколько серьезно, и как срочно в Вильнюсе решили взяться за изгнание РПЦ с территории Литвы. Собственно это вопрос мы и задали Олегу Неменскому, руководителю Центра исторической политики Российского института стратегических исследований.

-Это какой-то самопиар двух депутатов-русофобов,  или это нужно рассматривать как начало или даже развитие некоего тренда, системных попыток притеснять РПЦ в Литве?

-Я думаю, это можно рассматривать как пробный шар большой кампании, или даже попытку прощупать общественную реакцию, и реакцию, может быть, также и на международном уровне. 

Вполне возможно, что это сделано и с расчётом на то, что сейчас, с первого наскока, удастся что-то в этом плане продвинуть.  Тем более что, в общем-то, этот путь неизбежен: так или иначе, проблема присутствия Московского Патриархата на территории Литвы будет в ближайшие годы там решаться, так как взят курс на полное избавление каких-либо российских влияний даже на символическом уровне. 

Вообще, когда двадцать лет назад я говорил и писал, что Украина пойдёт по пути прибалтийских государств в плане борьбы с русскоязычием и русской культурой, мои украинские коллеги-политологи говорили, что нет, этого, в принципе быть не может, и «зачем так обострять?». 

Ну и сейчас мы видим, что происходит прямо обратное: уже прибалтийские государства пытаются заимствовать украинские методики русофобии.  Так что Украина отчасти уже превзошла своих учителей и вырывается вперёд. И я думаю, тут победителей не будет — спор за первенство в этом соревновании будет довольно продолжительным. 

Так что, скорее всего, можно  говорить, что вопрос о пребывании структур Московского Патриархата на территории Литвы поставлен на актуальную повестку дня, и так или иначе будет в Литве постепенно продвигаться.