Вторую неделю на Демидовской площади в Барнауле сотрудники и студенты Алтайского государственного университета ведут археологические раскопки. Объектом их интереса стал деревянный сруб, который обнаружили под землей рабочие при прокладке водопровода в августе 2026 года. 

Коммунальные работы были остановлены, котлован временно законсервировали, а на место пригласили археологов, задача которых понять, что это за объект определить, что с ним делать дальше.

Руководит раскопками Владимир Семибратов, старший научный сотрудник кафедры археологии, этнографии и музеологии института истории и международных отношений АлтГУ. По его гипотезе, найденный под Демидовской площадью артефакт может быть остатками плотины Барнаульского сереброплавильного завода, которая возводилась в конце XVIII века.  

«На текущий момент глубина раскопа составляет около двух метров. Здесь мы отчетливо видим плотную глиняную массу, а также сооружение из деревянных брусьев, по всей видимости клети, выполнявшие роль укрепительных конструкций. Это можно сравнить с арматурой  в бетоне, только вместо бетона – утрамбованная глина, а вместо металла – дерево. Такие клети придавали телу плотины жесткость, не давая ей расползаться под давлением огромных объемов воды. Мы находимся в болотистой местности, в пойме реки Барнаулки. С точки зрения геоморфологии, природных залежей глины здесь быть не должно. Тот факт, что она здесь есть, доказывает: ее целенаправленно привезли и уложили»,– отмечает историк.

По предположению Владимира Семибратова, плотина была построена для сереброплавильного завода. Для плавки металла (сначала меди, а потом серебра) требовалась подача воздуха в домну (печь). Плотина образовывала пруд, и за счет гидравлики вода обеспечивала работу мехов для подачи воздуха. На старых планах эта плотина есть, но ее границы «плавающие» и смещены ближе к дороге. Прямо сейчас ученые доказывают фактическое местонахождение объекта, чтобы в будущем, при новых стройках, эти исторические границы учитывались.

Раскопки продолжаются, сейчас студенты и преподаватели уже очистили большую часть деревянной конструкции.

«Алгоритм действий такой: мы очистим конструкцию, дойдем до ее условного дна, полностью зафиксируем (сфотографируем, зарисуем, нанесем на современные планы), возьмем образцы дерева для лабораторного анализа, который проведем в АлтГУ. После чего сооружение будет разобрано и засыпано. Оставлять стенку в земле нельзя – без поддержки она быстро обрушится. Полная консервация («под стекло») или иная музеефикация объекта невозможна. Во-первых, он недостаточно хорошо сохранился. Во-вторых, с одной стороны от него проходит канава, а с другой – газовая труба. Мы находимся в узком коридоре между инженерными коммуникациями», – объяснил Владимир Семибратов.

При исследовании образцов деревянного сруба археологи будут работать вместе с географами и использовать дендрохронологию – метод датирования археологических находок по годичным слоям древесины.

Это поможет с точностью до нескольких десятилетий определить время произрастания дерева. Такие исследования проводятся в Алтайском государственном университете.

На раскопе работает целая команда: пока студенты занимаются расчисткой и выемкой грунта, параллельно ведется научная фиксация находок, детальная отрисовка слоев стенки на миллиметровой бумаге с соблюдением всех масштабов.

Алексей Гладких, магистрант 2-го курса направления «археология» (профиль «Археология Центральной Азии») отмечает:

«Я занимаюсь раскопками уже пятый год, но в основном это были полевые экспедиции в степи: раскопки курганов, древних поселений или охранные шурфовки перед строительством. Городские раскопки такого масштаба для меня – новый и очень интересный опыт. Это возможность прикоснуться к истории города, в котором я живу и учусь, и принять непосредственное участие в реальном научном открытии. Профессия археолога – это не только романтика находок. Это, прежде всего, тяжелый физический труд. Погода сейчас не самая благоприятная: после недавних дождей со снегом грунт сильно размокло, работать приходится в сложных условиях, вручную вынимать землю с глубины двух метров. Несмотря на это, я очень рад участвовать в раскопках, это работа для души и ради реального вклада в изучение прошлого нашего края». 

Алексей Майданов, студент 3-го курса бакалавриата направления «антропология и этнология» говорит:

«Когда поступило предложение участвовать в раскопках, я согласился с радостью. Я учусь на кафедре археологии, и большинство из нас поступало именно из искреннего интереса к этой науке. Для меня это первый опыт именно городской археологии. Особый интерес представляет сама конструкция: мне лично очень нравится работать с деревом, поэтому было любопытно своими глазами увидеть, как хорошо сохранились бревна и какую инженерную мысль воплощали строители плотины. Артефактов как таковых здесь нет, поэтому главная ценность именно в самой конструкции и материале. Судя по цвету и характеристикам, смею предположить, что это, скорее всего, лиственница. Эта порода уникальна: она практически не гниет и с годами во влажной среде становится только прочнее».