Просмотр новости
Найдите то, что Вас интересует
Спутники
РН
SpaceX
Роскосмос
NASA
СпутникиРНSpaceXРоскосмосNASA#Подслушано_знаменитости
Сара Брайтман — певица, чей голос мир услышал в самых неожиданных амплуа: танцовщица диско, муза рок-оперы, «ангел музыки», который продал десятки миллионов пластинок. Человек, чья жизнь похожа на арию с неожиданными модуляциями: девочка из английского пригорода стала первой (и пока единственной) в истории артисткой, всерьёз прошедшей подготовку к космическому полёту.
Родилась она в 1960 году в Беркхамстеде, в семье бизнесмена-инженера и матери-швеи. С трёх лет брала уроки танцев, в подростковом возрасте пела в панковской группе — отведала и дерзкой сцены. В восемнадцать случился первый, курьёзный успех: с танцевальной труппой Hot Gossip Сара записала диско-хит «I Lost My Heart to a Starship Trooper» — ирония судьбы: её первый мировой хит был про звёздный десант. Песня продавалась сотнями тысяч копий, и на этом диско-глава закончилась: дальше были мюзиклы, в том числе «Кошки» Эндрю Ллойда Уэббера.
Здесь начинается вторая жизнь — и главный поворот биографии. В 1984 году Брайтман вышла замуж за Ллойда Уэббера, и композитор написал для неё «Призрак Оперы»: партия Кристины была скроена по её голосу — светлому, «колокольному», с фирменным верхним регистром. Мюзикл стал самым кассовым театральным явлением в истории, а Сара — оригинальной Кристиной. Брак через шесть лет распался, но творческий союз оказался прочнее супружеского: критики спорили, чья это победа — композитора или певицы, а сама Брайтман с иронией замечала, что её чуть не записали в «трофей» великого мужа, тогда как она уже была опытной актрисой.
После развода — самостоятельный путь, который многие считали самоубийственным: уход в классический кроссовер. В 1996 году с Андреа Бочелли она спела «Time to Say Goodbye» — и песня разлетелась по миру в десятках миллионов копий, став одной из самых коммерчески успешных в истории звукозаписи. Дуэт двух «неформатных» голосов — тенора и «ангельского» сопрано — оказался формулой, которую не смог повторить никто. Дальше — «Эдем», «Ла Вакка», «Diva», мировой статус лучшей в жанре классического кроссовера, и «свежая» новинка — её неизменный образ, как будто сошедший с полотна прерафаэлитов.
Но тот самый факт, ради которого стоит читать эту историю, случился в 2012-м. Брайтман, всю жизнь влюблённая в космос (уже в 1980-е снимала клипы в «космической» стилистике, а после гибели «Челленджера» её мечта полететь, как казалось, была разрушена — в экипаж шаттла готовилась учительница Криста Маколифф), решила вернуться к нему через четверть века. Она прошла медицинское обследование в Звёздном городке, заключила контракт с «Роскосмосом» на полёт на МКС на «Союзе», а в августе 2015 года приступила к полноценной космической подготовке в Центре подготовки космонавтов — со спинки для парашютных прыжков, центрифугой и словом «поехали» в перспективе. Бюджет проекта оценивали в десятки миллионов долларов. Планировалось, что она проведёт на станции около десяти дней, станет первой женщиной-туристкой и первой артисткой в космосе, будет петь с орбиты (сольный концерт из космоса обсуждался как реальный сценарий). И в самый последний момент — из «семейных обстоятельств» — полёт отложили; объявили, что Сара остаётся в списке на будущее. Она с тех пор лишь однажды публично сказала, что «вопрос не закрыт», — но на орбиту пока не попала. Впрочем, она осталась единственной в истории поп-артисткой, прошедшей настоящую космическую подготовку, — и этой строчки в резюме не стереть.
Есть в биографии и третья, тихая глава: Брайтман — жёсткий трудоголик, она записывает альбомы на нескольких языках (английский, испанский, итальянский), а её пение «сопрано» некоторые критики называют «брюcелисирующим» вокалом — так оно и есть: сама она подчёркивает, что её сила — в тембре и подаче, а не в академической технике. За десятилетия она дала больше тысячи концертов и стала одной из немногих артисток, чьи альбомы возглавляли чарты Billboard в самых разных жанрах — от классики до дэнса.
Так что Сара Брайтман — не «ангел музыки», каким её расписывают фанаты, и не «жена великого композитора», как её записали скептики. Это человек, который из диско-однодневки вырос в голос целого жанра, написав при этом себе биографию, достойную самой оперы: любовь, развод, мир, а теперь — незаконченный финал. Ещё не разрешённый вопрос: полетит ли она когда-нибудь? Пока что — в точке ожидания, как самая красивая длинная нота.