Лежит эта штука под гигантским ударным кратером, а зовут его бассейном Южный полюс — Эйткен. В поперечнике он около 2500 километров: поставьте один край в Москве, и другой упрётся где-то в Лондон (по карте сходится). Появился он примерно четыре миллиарда лет назад, когда в молодой Солнечной системе ещё не договорились о правилах движения. Разметки тогда не было, светофоров не было, полиса ОСАГО не было ни у кого, вот небесные тела и сталкивались где придётся.

Кратер уходит вглубь около 13 километров, а специалисты называют его одним из самых выдающихся геологических объектов Солнечной системы.

Удар, прямо скажем, вышел заметным.

Версия первая, самая кинематографичная: исследователи предполагают, что это металл от упавшего тела. Его железо-никелевое ядро могло не провалиться к ядру Луны, а повиснуть в мантии, если та в момент удара оставалась не до конца расплавленной.

Компьютерные модели такое допускают: если мантия оказалась достаточно вязкой и холодной, металл не успел утонуть, завис между корой и ядром и с тех пор почти не менялся. Называют это «замедленной дифференциацией». Ложка в густом киселе тоже идёт ко дну не спеша. Интересно не «что», а «почему не утонуло».

Версия вторая, более земная: там, возможно, застывший океан магмы. В первые сотни миллионов лет Луна была раскалённым шаром расплавленной породы, и пока он остывал, тяжёлые минералы с железом и титаном, вроде ильменита, тонули и скапливались в отдельных карманах глубоко под корой.

Вулканическая активность на ранней Луне вполне могла собрать такое скопление плотного вещества. Получилась бы «ильменитовая мантия», а бассейн мог лишь вскрыть один из её карманов или перемешать то, что в них лежало.

Проще всего было бы выкопать яму и посмотреть, да вот беда: копать её пришлось бы на обратной стороне Луны. Поэтому подсказки собирают иначе: в 2019 году китайская «Чанъэ-4» впервые в истории опустилась там на поверхность, и её марсоход «Юйту-2» поехал по бассейну. Спектрометры на его борту способны определить, из чего сделана лунная почва, и ищут и железо, и титан, и — главное — повод для спора.

Смотрите: если в грунте обнаружат соотношение железа и титана, характерное для ильменита, очко получит магма. А если состав окажется похож на метеориты-железники, вырастут шансы у застрявшего ядра.

До самой аномалии пока не добрался ни один аппарат: она лежит в мантии, глубоко под поверхностью. Породы, которые выбросил удар, уже кое-что подсказывают, но окончательный ответ без бурения или сейсмических измерений на месте, скорее всего, не получить. Яма сама себя не выкопает.

К Южному полюсу Луны присматриваются сразу несколько космических агентств: NASA с программой Artemis и Китайское национальное космическое управление считают его приоритетной целью для следующего поколения миссий.

Допустим, лично вам эта находка не снится. Но вопросов за ней стоит сразу несколько, и касаются они далеко не одной Луны. Как дифференцировались ранние планеты и насколько глубоко удар способен законсервировать вещество чужого тела? И что остывание Луны говорит о тех же процессах на Земле, Марсе и Меркурии? После таких вопросов, пожалуй, начнёт сниться.

Для этого Луна подходит лучше многих: она наш ближайший сосед и заодно природная лаборатория. Поверхность у неё миллиарды лет почти не менялась, так что всё, что там сохранилось, — это запись ранней истории Солнечной системы. Аномалия под бассейном может оказаться одной из самых подробных страниц. Выходит, протокол той аварии на перекрёстке без светофоров хранится у нас под боком уже около четырёх миллиардов лет, а читать его мы только учимся.

Я, признаться, болельщик, а не следователь (сперва выбираю версию покрасивее, доказательства жду потом). Мне ближе чужое железо, застрявшее в мантии. А вы за кого: за металл или за магму?