Одна из проблем ВУЗа — нехватка места. За четыре года число студентов увеличилось на 15%: с 7 000 до 8 260 человек. Во втором корпусе в разгар занятий одновременно находятся около трех тысяч человек.

— В обеденный перерыв иногда думаешь, что лучше пока посидеть в кабинете, — констатирует Вадим Ружников.

Лекционные аудитории на 140 мест заполнены под завязку, в коридорах шумно, а в буфетах очереди. Чтобы распределить поток, пары приходится ставить в несколько смен, а преподаватели работают с предельной нагрузкой.

Обсудили на встрече проблему искусственного интеллекта. ПГУТИ не стал показательно запрещать нейросети при подготовке курсовых и дипломов, понимая неэффективность тотальных ограничений в профильном цифровом вузе.

Позиция вуза такова: использовать алгоритмы для структурирования глав, сбора фактуры, вычитки кода или поиска первоисточников можно. А вот выдать машинный текст за собственный результат не выйдет. На защите перед комиссией искусственный интеллект за студента не ответит: преподаватели сразу видят, понимает ли выпускник логику работы или просто скопировал ответ нейросети.

Особую тревогу у ректора вызывает новая тенденция на рынке труда. IT-компании все чаще отказываются от начинающих специалистов — «джуниоров», перекладывая базовые задачи на нейросети. Бизнесу кажется, что сгенерировать шаблонный код или сверстать типовую страницу алгоритм может быстрее и дешевле, чем вчерашний выпускник.

Но эта сиюминутная экономия, по мнению Ружникова, закладывает под индустрию мину замедленного действия. Искусственный интеллект способен воспроизводить готовые решения, но он не может стратегически мыслить, не понимает контекста сложной инфраструктуры и не вырастет в опытного инженера. Отказываясь брать стажеров и тратить время на их наставничество, бизнес через 3–5 лет столкнется с вакуумом. Опытные тимлиды и архитекторы систем уйдут на пенсию или сменят проекты, а вырастить им смену будет просто некому.

Еще одной темой разговора с Вадимом Ружниковым стала открытая в ПГУТИ лаборатория квантовых коммуникаций. Как объяснил ректор журналистам, здесь данные защищают не привычными математическими формулами, а с помощью законов физики.

Секретный ключ для расшифровки информации передается по оптическому волокну с помощью одиночных фотонов — световых импульсов. Перехватить такой сигнал незаметно нельзя физически: любая попытка постороннего вмешательства мгновенно меняет квантовое состояние луча. Система тут же фиксирует утечку и блокирует канал.

Ружников добавил, что технологию уже тестируют на практике. Вузовскую лабораторию связали в единую опытную квантовую сеть с другими самарскими университетами.

Обновление инфраструктуры не обошлось без накладок. В прошлом году в корпусе меняли лифты, электронику которых адаптировали под отечественные программы.

— Смонтированный подъемник первые месяца два жил своей жизнью. Нажимаешь второй этаж — едешь на шестой. Кабина каталась как хотела, пока специалисты завода перепрошивали блоки на месте, — вспоминает ректор.

Студенты отреагировали на ситуацию мемами, а преподаватели получили наглядный пример: умная автоматика в «железе» капризнее обычного софта.

Поговорили на встрече и про личный МАХ-канал ректора, где он комментирует события в вузе и за его пределами. Больше всего откликов вызвало решение закрыть въезд на внутреннюю парковку для всех студентов, кроме отличников и хорошистов. Руководство критиковали за такое ограничение, но нововведение прижилось, превратившись в стимул закрывать сессию на 4 и 5.

В своем блоге Ружников публикует и бытовые зарисовки. Заметив в урне у входа батарею пустых банок из-под энергетиков, руководитель лично обошел буфеты и убедился, что внутри здания их не продают.

— Энергетики оказались неместными, — отметил он в посте, добавив, что студента, оставившего среди жестянок пустую бутылку из-под молока, готов представить к шуточной медали за приверженность здоровому образу жизни.

Фото: Ольга Баженова, Анжелика Потеряхина