Удары беспилотников по трем дата-центрам "Яндекса" за четыре дня породили целую череду горячих вопросов. От классической дилеммы русской общественной мысли "Кто виноват?" и "Что делать?" до шкурных "Каков масштаб ущерба?" и "Кто следующий?".

Хронология событий из первоисточника – официального сообщения ООО "Яндекс" выглядит так: "В ночь с 7 на 8 октября 2026 г. дата-центр "Яндекса" в Сасово (Рязанская область) был серьезно поврежден из-за атаки БПЛА. Его работа полностью остановлена. Утром 8 октября произошла атака на еще один наш дата-центр, в Калуге. Часть инфраструктуры вышла из строя. Ни в Сасово, ни в Калуге сотрудники не пострадали. На месте работают экстренные службы и наши специалисты".

В воскресенье, 11 октября, цепочка негативных событий продолжилась. "В ночь на 11 октября был атакован дата-центр "Яндекса" во Владимире. Люди не пострадали, работа дата-центра остановлена", – сообщила компания. Речь – о ЦОДе "Яндекса" в бывшем рабочем поселке "Энергетик", который с 2004 года входит в состав города Владимир. Первый дата-центр, мощностью 10 МВт, "Яндекс" запустил там в сентябре 2017 г., вложив в проект 2,5 млрд руб. В 2020 г. компания развернула вторую очередь этого ЦОД, еще на 10 МВт ИТ-нагрузки, а к 2027 г. намеревалась развернуть во Владимирской области новый ЦОД, мощностью 80 МВт.

Последствия выхода из строя этих дата-центров ощутимы в разных регионах России и в странах, где также работает "Яндекс" (от Казахстана и Кыргызстана до Армении и Сербии). 10 октября "Яндекс" – как это сделали в июле 2026 г. Wildberries и Ozon – изменил пользовательское соглашение сервисов, добавив в список обстоятельств непреодолимой силы, которые освобождают его от ответственности, удары беспилотников и иных средств поражения.

В новой редакции соглашения "Яндекса" перечень обстоятельств непреодолимой силы выглядит так: "Стихийные бедствия, пожары, наводнения, карантины, эпидемии, военные действия и террористические акты (в т.ч. с применением БПЛА, ракетного вооружения и иных средств поражения), любые последствия применения, воздействия, падения, запуска или срабатывания вооружений, военной техники, летательных аппаратов (в т.ч. БПЛА), средств поражения, боеприпасов и их частей, а также обстрелов и взрывов и прочих средств поражения, воздействия взрывной и шумовой волны, утечка или рассеивание любых загрязняющих или отравляющих веществ (жидких, твердых, газообразных), чрезвычайные и военные положения, обязательная эвакуация, крупные техногенные катастрофы (в т.ч. масштабные аварии на объектах энергоснабжения и связи, вызванные внешними причинами), принятие органами власти актов, делающих исполнение обязательства невозможным".

Как и в ситуации с маркетплейсами, кажется, что владельцы дата-центров еще недавно и подумать не могли о рисках физических военных атак – беспилотниками или иными средствами. Поговорки типа "Задним умом все умные" или "Знал бы где упадешь – соломки бы подстелил" как будто бы отражают эту ситуацию. Но существуют примеры действия иных компаний, которые закладывали подобные риски в далеком прошлом.

Например, крупнейший дата-центр в Беларуси, принадлежащий компании beCloud (ООО "Белорусские облачные технологии"), был запущен еще в начале 2016 г., но наружные стены в нем сделаны из блоков ячеистого бетона толщиной 400 мм и облицованы профилированным листом. Предприятие "Белпромпроект", которое спроектировало этот ЦОД, заложило также плоскую кровлю по монолитному железобетонному основанию (включая плиты перекрытия из бетона толщиной от 400 мм). То есть 10 лет назад проектная организация предложила, а заказчик согласился на строительство здания дата-центра из бетона толщиной не меньше, чем в бункере.

Компания T-Systems – ИТ- "дочка" германского телеком-гиганта Deutsche Telekom - еще в 2010-е годы рекомендовала всем крупным клиентам, которые приобретали ERP-систему SAP, разворачивать ее не просто в нескольких, географически распределенных дата-центрах, а в ЦОД, расположенных на разных тектонических плитах. Это защитит информационную систему даже в случае землетрясения, даже если оно разрушит один из дата-центров.

Сообщество разработчиков DEV Community указывает, что георезервирование (Geo-Redundancy) на уровне разных тектонических плит — это максимальный уровень отказоустойчивости в дизайне ЦОД и ИТ-систем.

В 2016 г. еще одна дочерняя компания Deutsche Telekom – румынская GTS Telecom – создала систему из двух дата-центров (в городах Бухарест и Клуж-Напока), которые не просто отстоят друг от друга на 300 км, но и располагаются на разных тектонических плитах.

Одна из компаний Илона Маска – The Boring Company – созданная в 2016 г., занимается не только бурением транспортных тоннелей, но и созданием подземных дата-центров. Аналитики Capitaly.vc – онлайн-платформы для привлечения инвестиций в стартапы – обнаружили три подземных ЦОДа, которые The Boring Company построила в американских штатах Техас, Невада и Калифорния. По данным Capitaly.vc, в них установлено 100 тыс. серверов. Территорию Соединенных Штатов не затронула ни одна из мировых войн; последний внутренний вооруженный конфликт в США закончился 161 год назад – но что-то заставляет Илона Маска и инвесторов его The Boring Company вкладываться в строительство дата-центров под землей.

Удары беспилотников по дата-центрам "Яндекса" создали опасный прецедент. 24 августа 2026 г. президент Росси Владимир Путин подписал указ № 604 "О мерах по обеспечению безопасности объектов критической инфраструктуры Российской Федерации". Этот документ гласит, что если хозяйствующий субъект не принимает мер по обеспечению безопасности объектов критической инфраструктуры, включая случаи "выявления неэффективности реализации мероприятий, непосредственно направленных на пресечение угроз нападения с использованием беспилотных воздушных судов", правительство РФ по поручению президента страны может вводить на таких объектах временное управление.

К объектам критической инфраструктуры указ, в частности, относит объекты связи. С 1 марта 2026 г. действует поправка в закон "О связи", которая включила центры обработки данных в структуру объектов связи.

Таким образом, любой владелец дата-центра, который – по мнению государства – плохо защищал его от беспилотников, может вмиг лишиться этого объекта. Какие именно меры для защиты от БПЛА должен предпринять владелец объекта критической инфраструктуры, указ № 604 не детализирует. Но поражение объекта беспилотником точно можно трактовать как "непринятие мер по обеспечению безопасности".

Отдельный вопрос - может ли коммерческая компания эффективно бороться с беспилотниками? Она способна натянуть антидроновую сетку или построить иную защитную конструкцию. Но эффективность этих действий невелика. Для того чтобы ее повысить, требуются средства обнаружения угрозы на дальних подступах. Для этого можно использовать радиолокационные станции, акустические датчики, оптико-электронные системы автосопровождения целей, а также оборудование для радиоэлектронного подавления и мобильные огневые группы. Но все это – военные решения, и просто так купить и использовать их коммерческие предприятия не могут. Да и вообще сфера обороны и безопасности относятся к ведению государства - это закреплено в Конституции РФ, ст.71, п. М.

Злоключения сразу с тремя дата-центрами "Яндекса" формально подпадают под действие указа № 604. Возьмет ли их правительство РФ под внешнее управление – будет видно очень скоро. Хотя цель таких действий неочевидна: есть ли в государстве структура, которая способна восстановить и эффективно защитить пострадавшие дата-центры? Особенно с учетом их масштабов: говорят, что мощность одного только рязанского ЦОД составляла 50 МВт. К тому же, если верить публикациям в СМИ, в дата-центре в Сасово у "Яндекса" стояли два суперкомпьютера: "Ляпунов" и "Червоненкис", а во Владимире – третий ("Галушкин").

Если президент и правительство решат ввести в практическое действие указ № 604, кейс "Яндекса" может стать открытием ящика Пандоры.

Последовательный вынос дата-центров "Яндекса" явно напоминает летний сценарий уничтожения логистических центров Wildberries. Однако в кейсах Wildberries и "Яндекса" есть два существенных отличия. Во-первых, ключевых ЦОД у "Яндекса" всего 3-5, тогда как у Wildberries насчитывалось более 200 складских комплексов и сортировочных центров. Во-вторых, "Яндекс" без дата-центров – что телега без колес: все его сервисы основаны на облачной инфраструктуре.

А вот для Wildberries потеря крупных логистических центров стала, возможно, даже позитивным явлением. В 2026 г., с ужесточением налоговой политики и ухудшением экономики в целом, количество российских производителей, продававших товары через Wildberries, стало сокращаться. Заместить недостаток товаров российский маркетплейс легко может за счет китайской продукции. Но для доставки заказов из Китая для Wildberries уже не требуется сеть крупных логистических центров: товары можно везти из КНР практически напрямую к покупателю.

Если удары по дата-центрам "Яндекса" продолжатся (а вероятность этого, к сожалению, не нулевая), то компании явно нужно что-то делать. Закопать их под землю она вряд ли не сможет. Затянуть оставшиеся ЦОД сетками и прочими защитно-ограждающими конструкциями возможно, но при целенаправленных атаках, особенно с применением ракет, это тоже не выход.

Можно попытаться перенести ЦОДы в сопредельные страны. В апреле 2024 г. "Яндекс" создал второй регион Yandex Cloud – в Казахстане. Как следует из сообщения компании, для этого она разместила серверную инфраструктуру в дата-центре в Караганде. Но для того чтобы развернуть в Казахстане дата-центры такого же масштаба, как в России, потребуется время, большие инвестиции и закупки огромного объема серверного оборудования, которое и дорого, и не очень легко доступно. Наконец, далеко не факт, что "Яндекс" сможет найти в Казахстане электрическую мощность, позволяющую запитать ЦОД на 50-80 МВт.

Аналогичная ситуация – и на территории Беларуси. Мощность крупнейшего белорусского дата-центра (компании А1 в Минске) составляет всего 8 МВт, и существенно больших энергетических ресурсов там не найти.

Еще один сценарий действия "Яндекса", даже на случай потери всех дата-центров, - перевод всех облачных сервисов в чужие ЦОД. В России действует множество операторов сетей дата-центров – от Сбера, VK, РТК-ЦОД и "АтомДата" до МТС, "Билайн", IXcellerate и Selectel. Конечно, своя инфраструктура лучше (особенно с учетом того, что "Яндекс" использует уникальное оборудование собственной разработки), но в неидеальном мире приходится искать компромиссы. К примеру, российский облачный провайдер ITG использует исключительно партнерские дата-центры – как в России, так и за рубежом.

Дата-центры "Яндекса" отличаются от ЦОД всех остальных игроков российского рынка. Наряду с классическими услугами дата-центров, "Яндекс" предоставляет на их базе 75 сервисов (Карты, ОФД, Доставка, Еда, Переводчик, Телемост, Музыка, 360 и др.) и 70 программ (Погода, Электрички, Фотки, Транспорт, Здоровье, Метрика, Шедеврум и проч.). Основой для корпоративных продуктов и рекламной сети "Яндекса" также являются его ЦОДы. С 7 октября из разных регионов России и иных стран работы "Яндекса" идет поток сообщений от пользователей о зависании, частичной неработоспособности и полной недоступности многих их этих сервисов, начиная с такси ("Яндекс Go, Fasten, "Везет").

Полный простой одних лишь городских сервисов, к которым "Яндекс" относит такси, каршеринг, самокаты, доставку еды и продуктов, Яндекс Маркет" и "Бери Заряд", способен нанести ущерб более чем в 2,2 млрд руб. в день (учитывая, что в 2025 г. это направление принесло "Яндексу" выручку в объеме 804,5 млрд руб.).

Как и после прилетов БПЛА по первым логистическим центрам Wildberries, участники рынка стали судачить, что может попасть под удар следующим. В случае с маркетплейсами общественное мнение сходилось к Ozon (и не ошиблось). В ситуации с дата-центрами различные стороны делают разные ставки. Но вне зависимости от имен для перед каждым игроком рынка ЦОД встал вопрос: "Что делать?".

Вариант перевода физической инфраструктуры в страны СНГ уже рассмотрен выше: это дорого и долго, а также упирается в недостаток энергетических мощностей. Для облачных услуг работа из-за рубежа повысит расходы на каналы связи и время задержки при передаче данных. Если говорить о классических услугах дата-центров, начиная с colocation, то для перехода в сопредельные государства есть еще один барьер. Крупные корпоративные пользователи хотят работать с ЦОД, которые находятся в городах, где расположены их офисы или производственные активы. Поездки инженеров в дата-центр в Казахстане или Беларуси мало кому понравятся. По этой же причине не выгляди привлекательно и эвакуация дата-центров на восток – за Урал.

После ударов по НПЗ в России возникла идея строительства большого количества малых нефтеперерабатывающих заводиков. Но она уперлась в то, что малый НПЗ способен лишь на первичную перегонку нефти, что позволяет выпускать ограниченный набор базовых нефтепродуктов, будь то низкооктановый прямогонный бензин или мазут.

С началом ударов по дата-центрам как будто бы напрашивается идея создания множества мини-ЦОД. Но и она явно имеет ограниченное применение: расходы на каналы связи между ними будут велики, не каждый корпоративный клиент захочет держать данные на серверах в гараже или ином непонятном месте, а большие нагрузки, начиная с обучения моделей ИИ, мини-ЦОД просто не потянет.

Возможно, что вслед за Илоном Маском нужно переводить все дата-центры под землю. Во многих городах есть подземные объекты былых оборонных заводов, недостроенные тоннели метро, брошенные командные пункты времен СССР, а возможно, что и давно опустевшие ракетные шахты. Вся эта инфраструктура может оказаться подспорьем для защиты дата-центров в новых условиях. Государство должно не угрожать отъемом собственности у тех, кто плохо защищается от БПЛА, а провести инвентаризацию всей подземной инфраструктуры и безвозмездно предоставить ее владельцам ЦОД.

Можно, конечно, сказать, что вместо всех этих сложных и дорогостоящих мероприятий достаточно просто прекратить боевые действия – и украинские беспилотники перестанут лететь на объекты критической инфраструктуры в России, равно как и российские – по Украине. Вспоминается цитата из нетленного спектакля "День радио" "Квартета И": "Сейчас у нас две проблемы – Минобороны и пуговица. Мы пуговицу найти можем? Чисто теоретически – можем. А с Минобороны мы ничего сделать не можем. Вывод: надо искать пуговицу".

Но старый добрый мир, похоже, остался в прошлом. В текущем году мы стали свидетелями иных подобных ударов. Достаточно вспомнить налеты иранских БПЛА на дата-центры американских компаний в регионе Персидского залива (в частности, Amazon Web Services и Oracle в Бахрейне и ОАЭ), а также обстрелы йеменскими хуситами НПЗ и аэропортов в Саудовской Аравии. Времена не выбирают (в них живут и умирают, добавлял поэт Александр Кушнер). По всей видимости, все владельцы дата-центров должны выбрать стратегию "надейся на лучшее – готовься к худшему" - и предпринимать проактивные шаги, о которых еще вчера даже не могли подумать.