Челябинцы Дмитрий и Елена Ершова, чей новорождённый сын Владислав скончался в роддоме при странных обстоятельствах, намерены обратиться в центральный в центральный аппарат СК, Генпрокуратуру, к уполномоченному по правам человека и в приёмную президента. Поводом стало то, что СК Челябинской области закрыл объединённое дело, сообщает pchela.news.

«Для нас это решение стало очередным поводом добиваться проверки, — говорит Дмитрий Ершов. — Слишком многое осталось за пределами окончательных ответов. Например, болезнь названа. А её происхождение до сих пор не установлено».

Как пояснил Дмитрий, в экспертном заключении фигурирует пневмония. Но достоверно разграничить её врождённое и неонатальное происхождение эксперты не смогли. Инфекцию, связанную с ИВЛ, тоже не исключили.

«Для нас это принципиальный вопрос: когда возникло заболевание, как развивалось и какое значение имело лечение. Рентгенограммы, считавшиеся утраченными, появились уже после того, как комиссия сформулировала выводы. Эти снимки она не исследовала. А нам сообщили, что возможности повторной экспертизы „исчерпаны“», — недоумевает Ершов.

Невыполненными остались и другие действия, о которых родители просили в удовлетворённых ходатайствах: очная ставка с медсестрой, нерассмотренное ходатайство, отказ в судебно-медицинской экспертизе.

«Необходимость этих действий признало само следствие. Но до результата их не довели, а дело прекратили. Нам просто важен конкретный ответ — с протоколами, датами и результатами, которые можно проверить», — подчёркивает Дмитрий.

В мае 2024 года провели эксгумацию тела погибшего мальчика, однако внутренних органов Владислава не оказалось. По словам отца, тело было «набито тряпками».

«Федеральные гарантии достойного отношения к умершему нельзя свести к внешнему восстановлению тела перед погребением. Общие документы о вывозе медицинских отходов не устанавливают, кто, когда и на каком основании распорядился органами конкретного ребёнка», — говорит Ершов.

Ещё один эпизод — четыре медицинских документа с подписями от имени матери. Экспертиза установила, что их выполнили другие лица.

«Назвать исполнителя представленные образцы не позволили. Но то, что не хватает образцов, не делает чужую подпись подлинной», — отмечает отец.