Почему девочка напала с ножом на других детей: советский психолог ищет ответ

Ранее эта девочка уже совершала нападение с ножом — на собственную бабушку. После чего проходила принудительное лечение в специализированном учреждении. Но всего через неделю после возвращения домой (об этом рассказали соседи) снова взяла на кухне нож.

Семья девочки характеризуется как полная и благополучная — на учете в органах опеки и комиссии по делам несовершеннолетних она не состояла.

Следственный комитет возбудил уголовное дело для установления всех обстоятельств происшествия.

Случай стал поводом для бурного обсуждения в соцсетях. Комментаторы приводили ссылки на другие случаи агрессии детей юного младшего и среднего школьного возраста, в том числе — нападения на учебные заведения и школьные автобусы. Снова раздавались призывы снизить порог уголовной ответственности до 12 лет и сурово покарать родителей за плохое воспитание детей. «МК» попросил психолога Ирину Коленову, приступившую к изучению феномена детской агрессии еще при СССР, прокомментировать трагический инцидент.

— Ирина Константиновна, почему сейчас заговорили о всплеске детской агрессии?

— Всплеске? Я бы так не сказала. Все свидетельства говорят о том, что детской агрессии сейчас стало меньше. Даже по сравнению с советскими временами, которые принято считать благодушными и тихими. Нет, дети дерутся и будут драться. Они ненавидят своих врагов и жаждят расправы над ними. Причем не выбирая способов. Это особенность детской психологии. Вспомните советские времена, кто постарше. Даже в Москве дрались стенка на стенку, делились дворы, территории. Это был смертный страх зайти на «чужую» территорию. Били не до первой крови. Убивали просто. А что говорить о неблагополучных районах. Старшие защищали младших. Младшие тянулись за старшими. И так было еще лет 20 назад. У моих детей отбирали телефоны. Меня саму один раз побили за то, что я наблюдала за дерущимися детьми. У моего знакомого дети сломали шею сыну. Просто раньше об этих случаях не говорили. В советское время замалчивали, в «девяностые» было не до детей — всем интересна была взрослая преступность, бандитские разборки. Так что сейчас случаев детской агрессии гораздо меньше. Нет дворовых банд во дворах — это точно, нет понятия «чужая территория».

— Какова причина детской агрессии?

— Дети жестоки по природе. Они не умеют сочувствовать в полной мере. Они еще не научились контейнировать свою агрессию — то есть контролировать и сдерживать ее. Они выпускают ее сразу на людей. Им пока это сложно. Этим управлять. На то и есть взрослые, которые должны этим заниматься. И это не значит, что они вырастут и станут преступниками. Точнее, это может быть, но таких детей крайне мало. Это дети с особенностями психики, с отсутствием эмпатии. Остальные просто перерастают проблему. А вот если их покарать за проявление агрессии и посадить в колонию для малолетних, где будут детки постарше, то криминализированная среда сделает из них уголовников.

— Соседи напавшей девочки говорят, что у нее была диагностирована шизофрения. Можно ли доверять такому мнению? Ведь это заболевание стартует в подростковом возрасте.

— Она может стартовать в разных возрастах. Но иногда ее называют гиперактивностью, аутизмом. Не всегда ее называют шизофренией. Но когда дети вырастают, то врачи разводят руками — это она. Я точно знаю, что детям пубертатного возраста ставят шизофрению. Редко, но ставят.

— До нападения на сверстницу девочка нападала на бабушку. И выписалась из реабилитации после этого случая за неделю до очередного всплеска.

— Привет врачам, которые ее выпустили. Если девочку выпускают из больницы, и она через неделю совершает такой проступок, то ее рано выпустили. Или неправильно подобраны лекарства. Или же она их обманула, такое тоже бывает.

— Общество обвиняет родителей, что недоглядели, недосмотрели.

— А что их обвинять? Это горе в семье. Родители и так пострадали и живут с этим. Но я призываю их не замалчивать проблему. Если есть психические отклонения, не бояться идти к специалистам. Лучше лечь в клинику раньше и получить лекарства, чем дожидаться трагедии. Сейчас есть отличные препараты, которые даже больным шизофренией позволяют находиться в социуме.