Когда говорят об Астраханском биосферном заповеднике, воображение сразу рисует бескрайние заросли лотоса, крикливые птичьи базары и могучих орланов-белохвостов. Но если опустить взгляд в густые заросли ивняка или на влажную почву протоков, откроется совершенно другой, микроскопический мир. Здесь, в дельте Волги, кипит жизнь, которая по своей изобретательности даст фору любому тропическому лесу.

В самом сердце сухих песчаных кос Астраханского заповедника скрывается главный инженер и безжалостный хищник микромира – муравьиный лев большой. Личинки этих удивительных созданий – мастера засадной охоты. В отличие от многих других муравьиных львов, они не строят воронкообразных ловушек. Они зарываются в песок, выставляя над поверхностью только голову с мощными мандибулами. Пойманную жертву личинка обычно затягивает в песок, чтобы обездвижить её перед тем, как впрыснуть пищеварительные ферменты.

Сверлило тростниковое – у этой бабочки есть одна деталь, которая мгновенно выдает в ней инопланетного гостя: ее брюшко непропорционально длинное, далеко выступающее за края скромных серых крыльев. Гусеницы – настоящие отшельники. Едва вылупившись из яйца, личинка вгрызается внутрь молодого побега тростника. Для нее полый стебель становится надежным бункером, тёплым домом и бесконечным шведским столом одновременно. Гусеница медленно поднимается снизу вверх: сначала она питается мягкими тканями у корневища, затем прогрызает ходы все выше, надежно скрываясь от птиц и непогоды за толщей растительных волокон. Эта «внутриствольная» жизнь длится почти весь год, а вот взрослая бабочка не питается.

Увидеть толстоголовку шандровую – задача со звездочкой. Во-первых, она почти не порхает. Полет у толстоголовок стремительный, тяжелый, напоминающий полет маленькой реактивной пульки. Они перемещаются резкими зигзагами над самой землей и предпочитают больше бегать по цветам, быстро перебирая всеми шестью лапками. Во-вторых, когда бабочка садится отдохнуть на стебель, она складывает свои буроватые крылья домиком. Сверху на них нет сложных глазчатых пятен – лишь несколько тусклых светлых мазков. На фоне сухой травы насекомое становится абсолютно невидимым.

Свое имя бражник винный средний носит не просто так. Латинское название elpenor он получил в честь Эльпенора – спутника хитроумного Одиссея. Бражники по праву считаются лучшими летунами среди бабочек, а винный средний – один из самых виртуозных. Он способен развивать огромную скорость (до 50–60 км/ч), мгновенно зависать в воздухе на одном месте и даже лететь задом наперед. У него нет времени на приземление. Подлетев к душистому цветку, бражник замирает в миллиметрах от лепестков. Его длинный хоботок, свернутый тугой пружиной, стремительно разворачивается вглубь венчика.

Гусеницы совки полынной настоящие гурманы широкого профиля и с удовольствием поедают сою, люцерну, клевер и подсолнечник, именно полынь остается для них главным домом и колыбелью в дикой природе. Парадокс заключается в том, что личинки добровольно поглощают одну из самых горьких трав на планете. Эта горечь не убивает их, а становится частью защиты: птицы быстро запоминают вкус такой добычи и впредь стараются облетать этих «полынных» гусениц стороной.

Вот такие интересные факты о насекомых Астраханского заповедника. Какой факт показался самым необычным?