"Нос" - сатирическая абсурдистская повесть Николая Гоголя, ставшая классикой еще до того, как литература начала выводить абсурд в привычный художественный прием. Но там, где кто-то видит сложность в постановке, другие находят уникальные возможности. Тем более что даже если "Нос" кому-то до конца непонятен, но всем хорошо знаком со школьных лет и разобран на множество трактовок.

Конечно, эта повесть привлекла внимание молодого композитора, жившего в эпоху, когда авангард становился формой познания мира и новым языком. В 1927 году Шостакович работает над произведением, уже на следующий год представляет работу широкой публике. Композитору на тот момент только 22 года. Считается, что опера не понравилась зрителям, и ее вывели с афиш на много лет.

То, что когда-то было не понято, сегодня можно считать началом перемен. Уже в тот период композитор находит свой собственный музыкальный язык, который никогда не перепутать. И произведение сегодня приобретает новую жизнь, хотя и редко кто осмеливается подходить к столь тяжелому проекту: тут и авангард Шостаковича, и абсурдизм Гоголя - сложно для труппы, сложно для зрителей.

За всю историю существования оперы самарская постановка стала четвертой в России. И это была оправданная профессиональная и творческая смелость. "Шостакович" - для театра не просто громкое имя, формирующее бренд, а линия репертуарной политики и миссия сохранить и популяризировать наследие композитора. На самом деле такой подход - не столько практика в стране, сколько принцип руководства театра.

Самарская постановка убирает политическую сатиру на задний план и больше обращается к хрупкости человеческого эго. Считается, что Шостакович к музыке в опере относился скорее как к подстрочнику к действию, а не отдельному самоценному произведению. Режиссер Ксения Шостакович следует этому принципу и позволяет музыке создавать ритм спектакля, порой подчиняя ей движения актеров и соединяя все в единую композицию.

Визуальная эстетика спектакля мрачна. Как раскрывает замысел музыкальный руководитель и дирижер-постановщик спектакля "Нос" и главный дирижер Приморской сцены Мариинского театра Павел Смелков: "Зритель вместе с героем оказывается в "изнаночном", теневом Петербурге". Вывести абсурдную идею о сбежавшем носе в сюжет спектакля помогает условность сна. Сон этот очень черный. На сцене в какой-то момент появляется гроб, Ковалев загримирован так, что на месте носа у него зияет дыра, а мизансценами с городской улицы подчеркивается жестокость этого сценического мира.

По настроению спектакля и некоторым приемам (особенно в начале с цирюльником)  непроизвольно вспоминается эстетика произведений с Суинни Тоддом. Да, в самарском театре многие оперные постановки визуально рифмуются с некоторой инфернальной эстетикой. Ведь это опера! Ей часто свойствен визуальный драматизм. За счет такого подхода у театра появляется свой стиль. Спектакли становятся визуально узнаваемыми. Так у Самарского театра оперы и балета им. Д.Д.Шостаковича появился свой собственный почерк.

Премьера оперы "Нос" была представлена на фестивале "Шостакович. Над временем" и приурочена к 120-летию со дня рождения композитора. Идет спектакль примерно два с половиной часа. И это время пролетает очень быстро. За что стоит благодарить постановочную труппу и удивительную, сложную и завораживающую музыку Дмитрия Шостаковича.